– Я думаю так же, мисс Литтон, – согласился, широко улыбаясь, Гонсалес. – Место секретаря ваше. А теперь, пожалуйста, напечатайте парочку писем.

Если бы не его обаяние, было бы намного легче ненавидеть его. Достав записную книжку, Джулия застенографировала текст под диктовку и затем спросила:

– Что-нибудь еще?

– В общем, да, – начал Эдвард извиняющимся тоном. – Вы не могли бы сегодня вечером вести протокол собрания фермеров-иммигрантов в Кастровилле? Вам будут выплачены сверхурочные.

Если Джулия засомневалась, то не из-за Джонни: бабушка присмотрит за ним.

– Кастровилл довольно далеко отсюда, – заметила она, – а моя старая машина часто выходит из строя, и я стараюсь не совершать на ней долгих поездок, особенно в поздние часы.

– Нет проблем, – ответил Гонсалес. – Вы можете поехать вместе со мной.

Отлично! Эта поездка поможет ей узнать его получше.

– Хорошо, – согласилась Джулия. – Я только предупрежу бабушку, что задержусь.

Гонсалес пригласил в кабинет Фернандо. После того как она позвонила бабушке и напечатала письмо, Джулия несколько раз ответила на звонки.

Когда Фернандо вышел из кабинета босса, он остановился у ее стола, прокашлялся и сказал:

– Примите мои поздравления, мисс Литтон. Надеюсь, вам здесь понравится.

Его искренние пожелания неожиданно ободрили ее.

– Зовите меня Джулия и спасибо за хороший отзыв!

После его ухода она нашла в ящиках стола конверты и надписала на них адреса. Затем постучала в дверь кабинета Эдварда и, не дождавшись приглашения, вошла. Босса не было на месте, и Джулия подумала, что тот ушел, очевидно, воспользовавшись запасным выходом.

И тут она увидела его. Эдвард, обнаженный до пояса, стоял в углу у раковины и мылся холодной водой. Джулия заворожено пробежала глазами по его мускулистой спине. При этом у нее возникло такое чувство, будто ее изо всей силы ударили в живот. Чтобы избавиться от наваждения, она вспомнила Мэри, ее беременность… К своему удивлению, Джулия при мысли о сестре испытала нечто вроде ревности.