— Он работает на фармацевтической фирме. Руководитель отдела маркетинга. И муж дочки тоже там работает. Он по образованию фармацевт, как и отец моего Даниеля. Тот до сих пор там в совете директоров. Сильвия изучает экономику, но тоже, наверное, туда пойдет.

— В общем, семейное предприятие?

— Почти. А сын вот изучает культурологию… Можно, я у тебя возьму еще одну сигарету?

— Сколько угодно. — Марта пододвинула ко мне пачку.

Я закурила. Официантка принесла жюльены и спросила:

— Желаете что-нибудь еще?

Марта посмотрела на меня.

— Может быть, повторим кофе?

— Не знаю. Наверное, лучше сухого вина или соку? Покислее. А то от этого амаретто одна сладость во рту. У меня ведь пониженная кислотность…

Марта заказала гранатовый сок и, глядя вслед официантке, произнесла:

— Вот бы мой Жюль

— Извини за бестактный вопрос, а он тебе никогда не изменял?

— Жюль? — Она изумленно вздернула плечо. — Знаешь, я никогда не задумывалась об этом. Но, полагаю, вряд ли.

— А ты ему?

— Я? — Она ткнула пальцем себя в грудь. — Ты с ума сошла? Зачем? Какой смысл?

— И тебе не хотелось никогда? Никто не нравился?

— Не знаю. Не помню. — Марта прошлась рукой по волосам, поправила упавшую челку. — Ешь жюльен! Остынет. Очень вкусный. Мы с моим Жюлем именно из-за этого жюльена часто ходим сюда. Он считает, что лучше жюльена, чем в этом «Розарии», нет нигде.

Мы занялись жюльеном. Возникла официантка, опустила на стол два стакана сока, забрала тарелки из-под салата.

— Что-нибудь еще?

— Мы, кажется, заказывали сладкое, — сказала Марта.

— Подавать?

— Конечно. И все-таки повторите кофе.

— Хорошо.

Дождь шел сильнее. Прохожие почти совсем исчезли. Только неторопливо ехали и ехали машины. Марта опять налила нам по полрюмки амаретто. Мы выпили и запили соком.