Далеко впереди виднелся огонь — скорее всего кто-то разжег костер. Демьен Ратледж надеялся, что это именно костер и стоянка; где костер, там и люди, а людей он не видел вот уже двое суток. Он согласен на встречу даже с дикарями, с любым, кто укажет ему, как добраться до ближайшего города.

Демьен окончательно перестал ориентироваться. Его уверяли, что Запад вполне цивилизован. Значит, там есть люди. Соседи. А не только унылые бескрайние просторы.

Только теперь он стал понимать, что эти края не похожи на те, которые он рисовал в своем воображении. Правда, все шло отлично, пока он ехал по железной дороге из Нью-Йорка и пока не добрался до Канзаса. Здесь же он столкнулся с некоторыми весьма неприятными затруднениями.

Все началось именно с железной дороги. «Кэти», как в этих краях ласково называли железнодорожную ветку, идущую через Миссури, Канзас и Техас, вышла из строя по случаю небольшого инцидента с ограблением поезда. Было взорвано примерно пятьдесят ярдов пути, и пострадал локомотив. Демьену сообщили, что дилижансы тем не менее курсируют как обычно. При желании он может добраться до следующего города и сесть там на поезд. Правда, почему-то забыли упомянуть, что на этом перегоне дилижансами не пользовались уже лет пять: после введения в строй железнодорожной ветки этот способ передвижения явно устарел.

Большинство людей, ехавших в том же направлении, что и Демьен, предпочли подождать, пока отремонтируют пути и локомотив. Демьен был слишком нетерпелив, чтобы ждать. И это была самая большая его ошибка. Он должен был хотя бы сообразить, что не случайно оказался единственным пассажиром дилижанса и дело вовсе не в плачевном состоянии этой ветхой колымаги.

Были и другие линии, по которым ходили почтовые дилижансы, — ведь не все еще города соединяла железная дорога. И в последнее время на линиях происходило немало ограблений. Демьен ничего не знал об этом до тех пор, пока они не остановились напоить лошадей и кучер не сделался более разговорчивым.