А насчет школы — я не виноват: это Венеции захотелось повыпендриваться. Вообще-то когда я сказал, что вам это не составит труда, я имел в виду, что вам, кажется, понравилась моя семья и вы не отказались бы продолжить знакомство с нею. Я, например, заметил, что вам понравилась моя мать. И вы ей, по-моему, тоже понравились. Да если бы вы познакомились с ними обычным путем и в более людном месте, разве понадобилась бы вся эта суета?

Аликс вскипела:

— Да я познакомилась с ними вообще не по-человечески — благодаря целой паутине лжи, которую вы наплели!

— Но ведь то, чего они не знают, не может обидеть их, а вам я обещал все объяснить. И кроме того, — Микеле снова искоса посмотрел на нее, — мне показалось, вы не откажетесь снова увидеться с моим драгоценным братцем, судя по тому, как он смотрел на вас! Такое впечатление, будто на вас свалился целый ком проблем и только он один способен их разрешить. В этом он весь, наш Леоне. Совсем не умеет обращаться с женщинами. Видит в них лишь слабый пол, с чем, я думаю, ни одна девушка, у которой есть характер, не согласилась бы.

Аликс закусила губу. Куда более проницательно, чем, возможно, сам мог представить, он затронул мучивший ее вопрос. Что означали эти взгляды, которые бросал в ее сторону Леоне Париджи? Однако, желая обойти этот вопрос, Аликс раздраженно сказала:

— Ради бога, перестаньте болтать. Лучше смотрите на дорогу.

Микеле, пожав плечами, повиновался.

Пустынная обстановка холла как нельзя лучше располагала к дальнейшим полетам фантазии. Микеле уселся на краешек кресла возле горшка с пальмой, Аликс заняла соседнее.

— Итак? — сухо проговорила она.

— Итак, для начала забудем Беппо. Беппо я придумал, чтобы привлечь ваше внимание и заполучить эту подпись на снимке.

— Который, между прочим, вы можете уже вернуть.

— Ах да, конечно! — Достав фотографию из кармана и протягивая ее Аликс, он прибавил: — Правда, я чуточку подредактировал надпись.