Индия резко обернулась.

— Эйден!.. Я думала…

— …что это Гари. Я так и понял. Но он захотел посмотреть что-то по телевизору, так что в роли поваренка сегодня выступаю я.

— Но ты…

Индия как завороженная смотрела на него. Судя по всему, Эйден только что вышел из душа, его темные волосы были еще влажные, а сам он выглядел удивительно свежим и оживленным. Он переоделся в чистую рубашку и брюки и был настолько элегантен! что Индии стало неловко за свое простенькое зеленое платьице, на котором остались следы от постоянной возни с кастрюлями. Кроме того, ее волосы были собраны в самый вульгарный хвост и косметики на лица почти не было… Индия чувствовала себя убогой замарашкой рядом с этим красавцем принцем.

— Так что же, леди, нужна вам помощь или нет? Если да, то, пожалуйста, подвиньтесь…

И Эйден, мягко отстранив ее от миски, забрал нож.

— Но… ты же не можешь…

— Не только могу, но и обладаю обширным опытом в этой области. — Эйден словно не понял, что она имела в виду. Или не захотел понять?

— Я нисколько не сомневаюсь в твоих талантах, но…

— Но?

Эйден поднял голову. Его лицо оказалось совсем близко… Индия с трудом отвела глаза и отошла.

— Хозяину Грейндж-хауса не следует помогать на кухне, — тихо сказала она.

— Как только у тебя язык повернулся произнести эти слова — «хозяин Грейндж-хауса». — Голос Эйдена вдруг стал холоднее льда.

Индия с испугом взглянула на него, но успела уловить только тень гнева на его лице. Она отвернулась.

— Скажи… — В голосе Эйдена не осталось и следа внезапной злости. Только руки, ожесточенно сдирающие кожуру с картофеля, выдавали его настроение. — Скажи, я хоть раз дал тебе повод думать, что вы здесь нежеланные гости? Или, может быть, я требовал какой-либо платы?

Индия опустила голову. Ее постоянно мучила сложившаяся ситуация, и она каждый день ждала, что Эйден, как он только что выразился, потребует какую-то плату за то, что позволяет им жить в его доме. А поскольку она единственная, кто знает, что дом уже не принадлежит им, он потребует эту плату с нее. Но время шло, Эйден ничего не требовал, и Индии порою хотелось, чтобы он наконец высказался определеннее и она перестала бы страдать от неизвестности.