- Она попросила меня, - неуверенно ответил он.

- Она тебя попросила? - Скай казалась удивленной. - Мурроу! Ты взрослый человек, отец детей. Твой старший сын всего на несколько лет младше Велвет! Как же ты мог сделать такую вещь?

- Матушка, - проговорил он, склонив голову, - ты не понимаешь. Она была на грани помешательства, узнав о смерти Алекса. Ничего не хотела слушать. Робина и его жены не было, чтобы помочь мне, как и Виллоу с Джеймсом. Моя младшая сестра умоляла меня о помощи, и я не смог придумать ничего лучше того, что сделал. Она была уверена, что Алекса похоронят в Дан-Броке. Она не могла смириться с мыслью, что ее первая поездка туда, в дом, который должен был стать их общим домом, будет такой. Она все рыдала, что род Алекса прервался на нем, твердила, что это ее вина, что она до сих пор не забеременела. Ей невозможно было что-нибудь втолковать. И я решил, что лучше взять ее с собой, чем оставлять здесь, наедине с ее горем.

Губы Алекса сжались в тонкую линию. Как это похоже на Велвет - бежать при первой опасности за спасением к своим родителям. Она так и не повзрослела.

Скай села на кушетку рядом с мужем. Она не знала, то ли ей плакать, то ли смеяться, и понимала по лицу Адама, что он в том же сомнении. Людям иногда свойственно причинять себе самим и всем окружающим самые нелепые страдания просто из-за упрямства. Мурроу считал, что он помогает Велвет, но, как оказалось, вышло только хуже. Ему надо было бы проверить доставленные Патриком сведения, благо он прекрасно был осведомлен о том, что его братец зачастую весьма легкомыслен. Хотя Мурроу не мог потерять еще один день, и она это понимала, из-за боязни упустить благоприятные ветра на пути через Индийский океан, чтобы спасти ее и Адама. Как она может укорять его за то, что он сделал и чего не сделал? Уж если кого и винить, так это Алекса Гордона, ввязавшегося в никому не нужную дуэль, и Патрика, который помчался к своей сестре с известием о смерти мужа, как какой-нибудь дурачок, вопя о том, что обрушилось небо.