Она наотмашь ударила его по щеке.
— Ну и негодяй же ты!
Ее голос дрожал. Она презирала себя за слабость, за то, что оказалась в его объятиях, за то, что он был прав. И поэтому Николь Дюмон вскинула голову, встретилась со злым взглядом мужа и произнесла наконец слова, которые много раз пыталась сказать за последние месяцы:
— Шарль Франсуа, я хочу развода.
2
Шум газонокосилки за окном разбудил Николь. Она приоткрыла глаза, но тут же зажмурилась от яркого солнечного света, заливавшего комнату. Неужели Шарль Франсуа не задернул шторы вчера вечером?
— О Боже, — простонала она. Ну конечно, как он мог это сделать, если сегодня она спала одна. В первый раз. Да еще в комнате для гостей!
Николь села, спустив ноги на ковер. На самом деле, не в первый раз. За последний год это происходило даже слишком часто: Шарль Франсуа постоянно пропадал в командировках, открывая новые филиалы по всему миру, встречаясь с партнерами то в одной части света, то в другой… По крайней мере, так он говорил.
Николь убрала прядь волос, упавшую на лоб. Подумав немного, пошла в ванную. Как ей были ненавистны эти зеркальные стены: куда ни глянь — везде твое отражение. «Спасибо» дизайнеру квартиры, он хорошо потрудился, выполняя желания ее мужа. Но ей эта идея не нравилась: видеть себя повсюду в зеркалах — не самая приятная картина по утрам.
— Все, как скажет моя жена, — заявил тогда Шарль Франсуа дизайнеру, обнимая ее за плечи.
— Конечно, месье Дюмон, — буквально пропел тот, заискивающе улыбаясь.
— Только не надоедайте ей по мелочам, у нее и так дел невпроворот: теннисные матчи в клубах, благотворительность. Так ведь, дорогая?
— Да, конечно. — Что еще она могла ответить, когда на нее смотрели, как на капризную, занятую по горло безделицами красотку…