– Не говорите глупостей! И, кстати, вы не правы насчет Мориса. Он сам ушел из дома.

– И так поступил бы каждый порядочный человек! Вы оскорбили женщину, которую он любил. Белинда была замечательной, честной и доброй девушкой, лишенной всякой корысти. Ей и в голову не могло прийти то, в чем вы ее обвиняли.

– А откуда нам было знать? Они едва познакомились, и сразу – под венец. Женитьба – серьезный шаг. Мы просили Мориса подождать, проверить спои чувства. Это что, преступление?

– Вы не просто просили их подождать. Вы уверяли его, что Белинда – брачная аферистка, которая охотится за его деньгами.

– Согласитесь, так бывает довольно часто, если девушка небогата, а парень из влиятельной семьи.

– В результате Морис остался вообще без гроша, и Белинде пришлось его содержать. Он же ничего не умел, кроме как делать вино. Ваша фамильная профессия.

– Вы напрасно думаете, что это всего лишь развлечение богатого сынка богатеньких родителей. Морис занимался виноделием с детства. Это серьезный бизнес.

– Который здорово помешал ему, потому что другого занятия Морис не нашел! А Белинда не могла получить работу из-за вашего дурацкого закона, запрещающего нанимать на работу иностранцев. Они считали каждый пенни!

Глубокие морщины прорезали лицо Робера.

– Морис всегда мог попросить денег у меня. Он прекрасно знал, что я не откажу.

– Значит, вы и понятия не имеете, что такое настоящая гордость. И что такое настоящая любовь! Они были молоды и влюблены. Бедность их не смущала. Белинда рассказывала, что иногда они тянули на спичках, выбирали, обед или бистро, и если выпадало бистро, сидели там часами с одним бокалом вина. На то и на другое просто не хватало денег.

На лице Робера читалась такая мука, что Шарлиз едва не стало его жаль. Но ведь он это заслужил, одернула она себя.

– В конце концов, они были счастливы, – пробормотал он. – Хотя, видит Бог, так не должно было случиться.