Дина улыбнулась.
— Кажется, это нечто среднее между первой любовницей короля и премьер-министром. И тебе нравится такая праздная жизнь, Коби?
На этот раз ее вопрос был серьезным.
— Не всегда, но сейчас для меня это нечто новенькое. В жизни у меня есть и другие интересы, и со временем ты обо всем узнаешь. Да, кстати, обед будет из двенадцати блюд, так что не торопись наедаться.
— Полагаю, об этом тоже сообщила Виолетта.
— Вот именно, и гости рассаживаются за обеденным столом строго по старшинству. Надеюсь, нас с тобой не выставят на кухню, ведь я для них всего лишь американская деревенщина.
Его тон был серьезным, но Дина, как всегда, оценила его юмор.
Позже Коби вошел в комнату Дины, когда Гортензия и Пирсон заканчивали ее одевать. Он еле сдержал смех при виде ее вечернего платья. Ослепительно белое, простого, но изящного покроя, оно было украшено лишь крошечными шелковыми цветами, словно в напоминание о том, что Дину прозвали «Английским подснежником». Пышный букет подснежников был прикреплен к зеленому поясу, охватывающему ее тонкую талию.
Дина заказала это платье втайне от мужа, и Коби видел его впервые. Он одарил ее одной из своих шаловливых улыбок.
— Если бы ты нарочно попыталась пробудить зависть Виолетты, ничего лучшего ты сделать не могла, — заметил он. Его слова и осторожный поцелуй в щеку, чтобы не смазать искусный макияж, стали для Дины достойной наградой. Позже, в гостиной, восторженные взгляды мужчин и недовольные гримасы женщин почти ничего не добавили к ее удовольствию. Самым важным для нее было мнение мужа.
За обедом они сидели отдельно друг от друга, но при виде Дининой непринужденной болтовни с соседями Коби подумал о том, какой огромный путь проделала его жена за столь малое время.
Он проводил ее взглядом, когда она вышла вместе с остальными дамами, и тут же перевел все свое внимание на принца. Его высочество закурил сигару и заявил, что когда джентльмены присоединятся к дамам, Коби должен будет сыграть для них на гитаре.