Говоря все это, он прекрасно понимал, что его управляющий жаждет задать ему не менее дюжины вопросов, но слишком хорошо вышколен, чтобы не поддаться своему желанию.

— Разумеется, мне потребуется много денег, — продолжал герцог, — кредитное письмо, заверенное банком, крупные купюры и, конечно, достаточное количество соверенов также будет нелишним.

Пока герцог говорил, мистер Данхэм все старательно записывал в свой блокнот и теперь ожидал дальнейших инструкций.

Между тем герцог направился к двери. Он уже почти дошел до нее, но вдруг развернулся и снова подошел к управляющему.

— Вы знаете меня в течение долгих лет, Данхэм. Как, на ваш взгляд, я действительно несколько вышел из формы?

Этот вопрос застал управляющего врасплох. Затем, понимая, что герцог ждет немедленного и, желательно, благоприятного для себя ответа, он на мгновение замялся, что не могло укрыться от герцога.

— Нет необходимости облекать это в слова, Данхэм, — сказал он резко и быстрым шагом вышел из комнаты.

Час спустя, уже сидя в седле, герцог вспомнил неловкую заминку своего управляющего и неожиданно почувствовал себя оскорбленным. Как могли Данхэм и Фредди позволить себе усомниться в его превосходной форме!

Герцог всегда гордился тем, что в отличие от многих своих ровесников до сих пор сохранял атлетическое сложение и выносливость, которыми отличался в свои молодые годы в армии.

Долгие часы, проведенные в седле во время тяжелых походов по территории неприятеля, лишения и постоянные опасности закалили его тело и дух, он чувствовал себя эдаким молодым Самсоном. В результате его так и прозвали сослуживцы, а сам он, уже выйдя в отставку, назвал этим именем своего самого лучшего коня.

Самсон, горячий, с норовом вороной жеребец, на котором сейчас скакал герцог, требовал от хозяина напряжения всех сил и самого пристального внимания. И спустя несколько часов, проведенных в дороге, герцог