— Я отвечу, но только после того, как ты расскажешь, как это получилось, что ты вдруг обнаружил то, что было давно всем очевидно.

Герцог чуть заметно нахмурился и беспокойно переменил позу.

— Я обнаружил это прошлым вечером, — ответил он задумчиво, — когда понял, что просто не в состоянии сделать предложение Имоджин.

Слова друга повергли Фредди Стенли в крайнее изумление.

— Ты хочешь сказать, — спросил он после долгой, весьма красноречивой паузы, — что собираешься ретироваться?

Герцог горестно кивнул.

— Но мой дорогой Брок, — принялся увещевать его Фредди, — подумай о последствиях! В свете вот уже несколько месяцев ждут объявления о вашей помолвке. Вентовер давно кормит своих многочисленных кредиторов обещаниями, что ты заплатишь все его долги сразу, как только Имоджин станет твоей женой.

— Я так и предполагал, — недовольно заметил герцог. — Только с какой стати он ожидает, что я буду оплачивать все его дорогостоящие чудачества, как, например, бриллианты, которые он подарил той хорошенькой жрице Киприды, за которой волочился последнее время? Это выше моего понимания.

— Вряд ли его долги проделают дыру в твоем кармане, — пожал плечами Фредди. — Ты едва ли заметишь этот урон. Впрочем, я не представляю, как ты сможешь его избежать.

— Но я ведь еще не делал ей предложения!

— Но зато сделал все, чтобы твои намерения стали совершенно очевидными, постоянно преследуя девицу и упорно добиваясь ее благосклонности.

Губы герцога скривились в циничной усмешке.

— Если хочешь знать, именно меня упорно преследовали.

— Ну хорошо, допустим, но ты ведь не сбежал вовремя, — безжалостно отрезал Фредди. — Ты устраивал для нее приемы в Лондоне и в своем имении, и ты танцевал с ней несколько танцев подряд на балу в Виндзорском дворце — я видел это своими собственными глазами!

— Но я ведь этого и не отрицаю, — раздраженно ответил герцог. — Я всего лишь пытаюсь тебе сказать, как прошлым вечером внезапно обнаружил, что у Имоджин, несмотря на всю ее красоту, ума не больше, чем у трехлетнего ребенка.