— О, в самом деле? — усмехнулась Констанс.

Она никогда не верила ни единому ее слову. Темноволосая, высокая, тощая, как манекенщица, внешне она была полной противоположностью сестры. И полна амбиций, словно глава преуспевающей корпорации.

— Но все-таки, как видишь, мы здесь, — язвительно ответила Дайана.

Ее отец, Фред Маринер, ласково смотрел на нее с противоположной стороны стола. Высокий, грузный, с седыми короткими волосами, он в свои неполные шестьдесят походил на отставного военного. Видя его в кругу семьи, никто бы не сказал, что этот человек является главой одной из самых влиятельных инвестиционных корпораций Штатов и ведет свои дела самым безжалостным образом. При этом он был любящим и нежным отцом трех дочерей. Слишком любящим, так что иногда не давал им и шагу ступить самостоятельно.

Дайана перегнулась через стол и чмокнула отца в щеку.

— Привет, па. Рада тебя видеть.

— Взаимно. Также я рад, что твой жених выглядит вполне прилично, хотя бы на первый взгляд. Надеюсь, у него не спрятана парочка татуировок под костюмом…

Да, в семье явно продолжали считать ее паршивой овцой.

— По-моему, он очень даже ничего. Сразу видна порода, — невозмутимо заметила Джулия, поигрывая нефритовым ожерельем.

Моложе Констанс, но старше Дайаны, она была самой эксцентричной из сестер, но никогда не забывала при этом о приличиях. Обладая пикантным сочетанием черных гладких волос и таких же изумрудных глаз, как у младшей сестры, Джулия коротко стриглась, носила соблазнительные облегающие платья и украшения в древнеегипетском стиле. Да и вся она, невысокая, пышногрудая, загадочно молчаливая, напоминала одну из тех обсидиановых статуэток, что так любят привозить туристы из Гизы или Луксора.

Что ж, учитывая пристальное внимание, обращенное на него взыскательными судьями, Реджиналд Ланкастер держался на диво непринужденно. Откуда Дайана могла знать, что на торжественных сборищах, когда съезжалась вся его многочисленная родня, привыкнуть можно было ко всему?