Требовательный стук в дверь прервал ее воспоминания. В комнату ворвалась встревоженная Патриция.

— Я видела, как ты вошла. Выглядела ты.., как-то странно. Все в порядке?

Приход подруги вновь вызвал слезы.

Патриция поспешно закрыла дверь, чтобы сдавленные рыдания не достигли посторонних ушей, и прошептала:

— Касси, ты меня пугаешь. Последний раз я видела тебя такой расстроенной на похоронах твоей матери.

— Я вовсе не хотела плакать, — прошептала Касси. Пошатываясь, она добрела до стола и упала в кресло.

Патриция пристроилась на его ручке и, ласково поглаживая Касси по голове, взмолилась:

— Ну говори же! Что бы ни случилось, вдвоем мы справимся.

— Не теперь, — шмыгнула носом Касси, она все больше проникалась жалостью к себе. — Я одна виновата во всем.

— Может быть, не так уж все плохо.

— Хуже некуда. Это.., ужасно. Позорно.

— Позорно? — повторила Патриция. На этот раз ее тон был недоверчивым. — Я знаю, что с утра ты куда-то отлучалась. И до ухода прекрасно выглядела. Интересно, что такого позорного могло произойти за столь короткий срок? Ты упустила наш самый лучший контракт? Или, может, обсчиталась, сводя баланс, и фирма теперь на грани банкротства?

— Нет. Компания прекрасно держится на плаву.

А вот моя личная жизнь идет ко дну. — Касси вынула носовой платок и предприняла героическое усилие взять себя в руки.

Высморкавшись, она решила не скрывать от подруги свою беду. Все равно шила в мешке не утаишь!

— Моя отлучка никакого отношения к бизнесу не имеет. Я была у гинеколога. — Она сделала паузу, потом закончила:

— Я беременна.

— Беременна, ты? Не может быть! — Патриция фыркнула. — Ты никогда не могла найти времени с кем-нибудь постоянно встречаться, а одноразовые приключения — не твой стиль.

Касси молчала. Ей было совестно даже поглядеть подруге в глаза. Но Патриция и так все поняла.

— Господи боже, ты! Кассандра! Ты переспала с кем-то с бухты-барахты!