— Меня? — спросил Бахметьев.

— Капитана Денисова… Он ждет у телефона.

— Денис! Сколько ей лет примерно? — У Ваникевича была разработанная наигранная манера разговора, мягкий голос. Но с Денисовым он был приветлив по-настоящему. — За семьдесят?

— Пожалуй.

— Русская?

— Не знаю. Не думали об этом…

— Можешь рассказать поподробнее?

Денисов повторил немногое, что знал:

— Личность не установлена, откуда прибыла — тоже. Тяжкие телесные повреждения головы. Сумка отсутствует… У вас есть похожее?

— По Симферопольскому шоссе… — Ваникевич произнес неуверенно.

— Наше направление…

— Я потому и звоню. Тоже в закрытом помещении, тоже во время сна. Тяжкие повреждения топором в области головы…

— Кто она?

— Швея-надомница. Еврейка. Сусанна Маргулис.

Денисов взглянул на часы:

— Где встречаемся?

— На полпути. В метро. Как всегда… — Они уже не раз обсуждали там свои дела. Только имей в виду: убийство это пятилетней давности…

3

Денисов посмотрел вслед: выехав из рощицы, «жигуль» Богораза проследовал мимо девятиэтажки, свернул в проулок.

«В обоих случаях убийца не пощадил свои жертвы. Почему? Даже если женщины проснулись, что они могли сделать? Преступник пригрозил бы топором. Они лежали бы молча, закрыв глаза. Как неживые… В комнате матери и ребенка никто не слышал никакого крика…»

Краем рощи Денисов вышел к домам. По периметру их тянулась нарезанная участками, захваченная под картошку и клубнику земля. Их огораживали ржавые трубы, проволока, спинки старых кроватей. «Неосознанный вызов владельцам казенных дач и престижных садовых кооперативов…»

«Жертвы знали своих убийц!… Преступник боялся оставлять их в живых».

Когда Денисов снова вернулся в штэтл, он не заметил во дворе никаких перемен.