- В каком пикете?

- В вокзальном!

- Так мы что, приехали уже?

- Приехали! - со злорадной усмешкой заявила проводница. - Вы бы еще дольше дрыхли, гражданин, так и обратно бы в Питер уехали. Давайте-ка, выметайтесь по-быстрому!

Заспавшийся пассажир дернулся и поднес ладонь к виску.

- Болит? - с иронией осведомилась Настя. - Неудивительно. Вон как гульнули. - Она показала на захламленный стол. - Совсем наглость потеряли.

- Погоди... Минуточку, минуточку... - Брюнет усиленно заморгал. - А где Аня? Ушла, что ли?

- Да какая тебе еще Аня? Если ты про рыженькую, попутчицу вашу, так она в Бологом вышла и очень просила не будить.

- Что!!! - взревел брюнет так, что Настя отпрянула и перекрестилась. А вещи?! Вещи где?

Он ухватился за край полки, надсадно крякнув, рванул ее вверх и вытащил на свет Божий серый пластмассовый портфель-"дипломат" с номерным замком, прижал к сердцу.

- Все... Все... - с натугой проговорил брюнет. - Не сердись, хозяюшка, дело такое... Слушай, у тебя в заначке граммулек сто не найдется? Я заплачу.

Настя мгновенно успокоилась и, оценив ситуацию по-новому, вновь шагнула в купе.

- Я тебе что, корчма?

Ох и перепугал же ее этот деляга холеный! А с другой стороны, вон как страдает человек, бодун его бодает нешуточный, видать, не слабей, чем любого пролетария. Проводница сжалилась:

- Ладно, на Ярославском в буфете тетю Асю найдешь, скажешь, от Насти со "Стрелы", она тебя остаканит.

- Вот спасибо! - Брюнет достал из кармана кожанки желтый пакетик жвачки и дрожащей рукой протянул ей. - В знак благодарности.

- Иди, иди!

Проводница вытолкала его сначала в коридор, потом и вовсе на перрон. Брюнет потряс в воздухе портфелем, прислушиваясь к чему-то, и нетвердой походкой двинулся к зданию Ленинградского вокзала.

Дойдя до начала перрона, он двинулся не на Ярославский, а к телефонам-автоматам.