– Зови меня просто… просто Милочка.

– Как козу, – хохотнул Серафим Сергеевич, не удержавшись.

И тут же испугался, что ненароком нанес даме оскорбление. Однако его новая знакомая вовсе не собиралась оскорбляться.

– Ой, ну такой уморительный, прям вообще, – фыркнула Милочка. – Прям, все вызнал – что я уморительных мущщин люблю…

Он даже не стал спорить.

«Покорив» объект, женщина теперь строго поглядывала по сторонам, дабы никто не вздумал покуситься на ее добычу, и даже уже легонько покрикивала на нового спутника.

– Ты чего так ноги корячишь? Гляди, как надо! Вот так легонько – бэмс! И ка-а-атишься, бэмс – и ка-а-атишься… что это у тебя ноги скрючило? Устал, что ли? Да ты по сторонам-то глазищами не зыркай! Зыркает он! Гляди, как учу!

Уже глубоким вечером изможденный Серафим Сергеевич тащился пешком по темному переулку – провожал Милочку до дома, девушка принципиально не хотела ехать на автобусе – это противоречило их романтическому знакомству. По всем рыцарским традициям, мужчина должен был следовать за любимой на край земли, невзирая на стертые ноги и разбитые колени. Вероятно, также предполагалось, что спать рыцарь должен непременно под окнами возлюбленной. А еще лучше – чтобы умер прямо возле ее порога!

– Ну вот и пришли… – смиренно опустила глаза чаровница, наверняка рассчитывая на страстный поцелуй.

– Тогда до свидания! – непозволительно радостно помахал ручкой кавалер и собирался уже скрыться, однако был схвачен крепкой рукой.

– Я так и знала… – сурово покачала дама головой и покорно добавила: – Ну куда от тебя денешься – назначай свое свидание… Завтра в семь вечера сможешь? В кино пойдем, там сейчас такой фильм! Кстати, возьми денег на билеты и поп-корн.

Серафим Сергеевич прилежно покачал головой:

– Хорошо! Непременно завтра, возьму попкорн и в кино. А сейчас уже поздно, темно, сейчас кругом такая криминогенная обстановка, того и гляди… часы «Ролекс» снимут или деньги отберут… – как-то слишком буднично проворчал джентльмен.