Жан читал его, молча попивая кофе, затем положил рядом с нетронутыми пончиками.

- Mon Dieu! - пробормотал он. - Это действительно не сон! Он здесь и намерен остаться.

- И как должны поступить мы? - подавшись вперед, спросил Франсуа, в глазах которого горела жажда боя.

- А что мы можем поделать? - пожал плечами Жан. - Эта территория теперь часть Америки, сынок, и у нас нет никакой возможности помешать американцу переехать сюда.

- Но неужели это действительно так плохо для нас? - с сомнением спросила Микаэла. - Он один из совладельцев. Дела вы ведете вместе не первый год. От того, будет он жить здесь или нет, мало что изменится.

Франсуа презрительно ухмыльнулся.

- Легко тебе говорить. Ты не обязана встречаться с ним, можешь даже не разговаривать, если не хочешь. А вот нам, - молодой человек кивнул в сторону дяди, - развитие событий не кажется таким безоблачным. Теперь придется ежедневно лицезреть нахальную физиономию этого парня.

- А мне тоже кажется, что вы уделяете слишком много внимания этому, спокойно сказала Лизетт, грациозно поднимаясь с дивана. - Микаэла права. С Хью Ланкастером вы работаете уже много лет, он один из совладельцев фирмы, причем, позволю себе добавить, владеющий самым крупным пакетом акций нашей компании. Что изменится от того, что он станет жить здесь? Почему бы вам не попытаться сработаться с ним, а не подозревать его в намерении опорочить вас или нанести ущерб нашему бизнесу?

- Потому что это не подозрения, - мрачно произнес Жан. - Он считает, что мы повинны в падении доходов. Он обвинил меня в том, что я уделяю мало внимания компании.

Не остановился даже перед тем, чтобы назвать меня нерадивым дельцом! Mon Dieu! Не слишком ли высоко самомнение у этого парня!

Лизетт молча посмотрела па него и чуть насмешливо улыбнулась.