- Ну а теперь, soeurette <сестричка (фр.).>, - несколько раздраженно попросил Жан, как только дверь за слугой закрылась, - расскажи мне об этом письме.

Лизетт чуть заметно поморщилась.

- Я получила его в понедельник. Мсье Хью пишет о своих планах переехать сюда.

- С чего это он решил написать именно тебе? - угрюмо спросил Жан. Своими планами ему следовало поделиться со мной, а не с моими родственниками.

- Письмо написано в безупречно вежливых выражениях, можешь мне поверить, - резковато ответила Лизетт. - А если учитывать, что в его присутствии ты всякий раз ведешь себя так, будто у тебя начинаются желудочные колики, нет ничего удивительного в его обращении ко мне. Со мной ему по крайней мере приятнее общаться.

- Приятнее общаться? Еще бы! - ухмыльнулся Жан. - Не ошибусь, сказав, что ты буквально теряешь голову в присутствии этого богатого америкашки!

Франсуа резко вскочил с дивана, инстинктивно шаря рукой по тому месту на левом боку, где при полном наряде у него обычно висела шпага.

- Sacrebleu! Как вы смеете оскорблять мою мать! - с жаром выпалил он, устремив гневный взгляд на дядю. Глаза Жана удивленно округлились.

- О, успокойся, дурачок! - сухо произнес он, поудобнее располагаясь на стуле. - Еще не хватало, чтобы я дрался на дуэли с собственным племянником. Сядь. У меня и в мыслях не было чем-то обидеть вашу maman. Просто все эти дела немного вывели меня из себя. - Жан примирительно улыбнулся Лизетт. Надеюсь, ты извинишь мою непростительную горячность, - обратился он к ней. - И не покажешь ли все-таки письмо?

Лизетт кивнула:

- Оно в моей комнате. Как только Антуан принесет тебе пончики, я сразу же отправлю его за ним.

Антуан не заставил себя долго ждать. Через несколько минут, в течение которых сидящие за столом обменялись лишь ничего не значащими фразами, он появился с огромным подносом, уставленным чашками с горячим шоколадом, кофе и блюдом с пончиками. Выслушав новое распоряжение хозяйки, слуга принес письмо Хью.