Джулия возмущенно фыркнула и бросила взгляд на Саймона, который, однако, никак не отреагировал на этот выпад.

— Как ваш отец отнесется к нашему проекту? Не станет ли возражать? — резко спросил Баррет.

— Джордж прав, мнение семьи действительно важно, — ободряюще улыбнувшись Джулии, сказал Саймон. — У вас дома знают, где вы находитесь? Нам не хотелось бы, чтобы они тревожились из-за вас.

Он-то, может, и беспокоится, подумала Джулия, а вот этот неприятный старик вряд ли. Баррет не вызвал у нее симпатии — надменный, раздражительный. Она гордо вскинула голову.

— Я взрослая женщина и не обязана ни перед кем отчитываться.

Баррет рассмеялся; смех у него тоже был неприятный, пронзительный и отрывистый.

— А у нее есть упрямство и дерзость. Это хорошо. — Он помолчал. — Вы представляете, с чем вам придется столкнуться, мисс? Вас будут рассматривать через увеличительное стекло, выискивать недостатки, а если найдут, то уж не простят никакой мелочи.

— Не пугайте ее, Джордж. Джулия здесь первый день. Я введу ее в курс дела.

— Если она собирается сдать тест, то должна быть готовой ко всему. Если вы намерены выполнить мой заказ, то вам надо подгонять ее.

Джулия покачала головой.

— Не беспокойтесь за меня. Мне приходилось иметь дело с мужчинами, и я знаю, как постоять за себя. Даже если мистер Баррет в этом и сомневается.

Гость закашлялся, и она энергично похлопала его по спине. Саймон усмехнулся и подмигнул ей.

— Итак, мистер Баррет, что вы хотите знать? Смогу ли я за три с половиной недели превратиться из колокольчика в розу?

— Подождите, мисс, я вовсе не собираюсь подвергать вас допросу. — Баррет хмуро посмотрел на Саймона, словно ища у него поддержки, но тот молчал.

Джулия ждала.

— Я знаю репутацию Саймона, — объяснил Баррет. — Он умеет дать женщине то, чего она хочет. Он умеет вывернуть ее наизнанку и при этом так, что она ничего и не заметит. Как он проделывает свои фокусы, я не знаю, но я не хочу, чтобы вы в последний момент выкинули белый флаг. Поэтому, прежде чем начинать игру, решите, готовы ли вы пройти дистанцию до самого конца, несмотря ни на что.