И к чему была ее последняя фраза с пожеланием всяческих успехов в моей нелегкой профессии? А та неприязнь, которая отразилась во взгляде Изабеллы, когда последняя узнала, что перед ней находится спасительница мужа? Неужели это мне только почудилось?

Столько вопросов, и ни одного ответа… Впрочем, я не должна совать нос не в свое дело, напомнила себе Николь. Конечно, в поведении миссис Киртон много странного. Однако пусть с ней разбирается сам мистер Киртон. Как-никак, но Изабелла его законная супруга. А ее дело — сторона.

И все же, несмотря на принятое решение, Николь сжигало мучительное любопытство. А потому она не без удовольствия вспомнила о том, что Джулиан просил зайти к нему. Раз уж судьба распорядилась так, что ей поневоле пришлось стать свидетельницей чужих семейных тайн, не доведется ли узнать что-нибудь еще интересного?

Однако попасть в желанную палату удалось только по окончании смены. Едва Николь вернулась в больницу, как на нее свалилась куча работы. Сначала привезли пострадавшего с глубоким порезом ноги, затем была произведена пара несложных плановых операций, а под конец пришлось накладывать швы на разбитую губу двенадцатилетнего сорванца.

Николь начала уже всерьез задумываться над тем, не перенести ли визит на следующий день.

И только мысль о том, что Джулиан с нетерпением ожидает ее, желая поговорить о чем-то важном, заставила молодую женщину отбросить сомнения и постучаться в знакомую дверь.

— Я не слишком поздно? — вежливо поинтересовалась Николь, получив разрешение войти и аккуратно притворив за собой дверь.

Приняв полусидячее положение, Джулиан отрицательно качнул головой.

— Нет, что вы! Я давно жду вас, мисс Лейтон. Как Келли? Надеюсь, ей не слишком досталось за побег?

— Это с какой стороны посмотреть, — пожала плечами Николь. — Миссис Киртон очень расстроена непослушанием дочери. Так что малышке придется просидеть в одиночестве в своей комнате до ужина. Впрочем, судя по времени, Келли уже давно на свободе.