— Так хотел Орландо, — Объяснила она. — И мне здесь тоже нравилось, добавила она, защищаясь.

— А он всегда получал то, что хотел?

Знал ли Ник? Или как-то догадался? Почему он смотрит на нее таким пронизывающим взглядом?

Неужели он читает ее мысли? Абигейл содрогнулась: стыд и отвращение захлестнули ее. Не было никакого смысла отрицать то, что было так же хорошо заметно, как нос у нее на лице.

— Как правило, получал, — выдавила она из себя. Он очень хорошо убеждал, знаешь ли.

— Да. Этому я могу поверить. — Ник посмотрел на ее сцепленные белые руки, лежащие на черной юбке. — Абби, ты вся дрожишь… Что с тобой такое?

Она прибегла к своему единственному заслуживающему доверия способу защиты:

— Ты еще спрашиваешь? Это был ужасный день!

Ужасная неделя! И я без особого удовольствия думаю, что должна еще идти туда и общаться с людьми, которых, честно говоря, терпеть не могу.

— Тогда не делай этого!

Она улыбнулась ему печальной улыбкой:

— Я не могу вот так уклониться…

— Не можешь? — мягко переспросил он. — Ты можешь делать все, что только захочешь, ты же знаешь!

— Так делает человек по имени Ник Харрингтон, сухо заметила она. — К тому же не все так решительны, как ты.

В ответ он улыбнулся.

— Пошли. — Ник помог ей выйти из машины со старомодной галантностью, к которой она совсем не привыкла, Абигейл сразу почувствовала себя спокойней и уверенней. А ведь есть девушки, за которыми только так и ухаживают, подумала она с тоской. Да, следует быть осторожной с этим мужчиной.

Но инстинкт подсказывал ей, что нечего бояться, пока Ник рядом. Он обладал силой и твердостью характера, столь редкими в нашем беспорядочном, неустойчивом мире.

Она посмотрела, как он захлопнул дверцу лимузина. Он тут же снова взял ее под руку, и они начали медленно подниматься по светлым каменным ступенькам парадной лестницы.