Он проследовал за ней.

— Значит, студия вам понравилась?

— О да. — Она разглядывала замысловатый покрой жакетов и юбок на первой вешалке. — Она восхитительная. — Хизер помяла ткань пальцами и нахмурилась.

— Что-то не так?

— Это шерсть.

— Это зимний жакет.

— А это Техас. Может, вы и продадите это в Западной Виргинии, но здесь, чтобы это носить, придется включать кондиционер даже зимой.

— Я об этом не подумал.

Нахмурившись, он скрестил на груди руки.

— Но покрой поражает воображение. — Она с восхищением рассматривала один из жакетов. — Парень — гений.

— А я думал, что он отрешен от действительности.

Хизер рассмеялась и переместилась ко второй стойке с одеждой.

— Этого не отнять.

— А вы сами сшили ваше платье?

Хизер поморщилась:

— Это так заметно?

Он пожал и плечами:

— Хорошая работа. Ткань — дрянь, но сейчас трудно найти что-то стоящее.

— О, я знаю. Вещи, которые я покупаю, буквально разваливаются после двух стирок.

Осененная внезапной мыслью, Хизер замерла напротив болеро, отделанного бисером. С каких это пор охранники разбираются в тканях?

— Это ваш собственный фасон? — поинтересовался он.

— Ну да. Мне нравится заимствовать детали из разных моделей и создавать нечто… своеобразное.

Он кивнул.

— Это платье своеобразное.

— Благодарю.

— Кто ж такой этот парень?

— Вы работаете у Эшарпа дизайнером?

— А вы хотели бы?

— Что? — Она в изумлении открыла рот.

— Вы убедили меня, что я упустил один сектор рынка. Женщины, подобные вам, заслуживают права хорошо выглядеть.

— О-о-о.

— Уверен, что большинство из этих фасонов можно подогнать под более полную фигуру, а вы как раз тот человек, кто мог бы справиться с этим делом.