– Поскольку вы, кажется, вознамерились вытворять все, что в голову взбредет, несмотря на мои желания, входите и. садитесь, – сухо велела Аманда. – Могу я что-нибудь вам предложить? Стакан вина, возможно?
Несмотря на сквозивший в ее голосе сарказм, Джек широко улыбнулся.
– Да, если вы ко мне присоединитесь.
Блеск белоснежных зубов, неотразимое сияние его улыбки вызвали странные ощущения, разливавшиеся по ней медленно, но неотвратимо, словно после холодного зимнего дня ей посчастливилось сесть в горячую ванну. Она всегда мерзла. Промозглая лондонская сырость, казалось, проникла в самые ее кости; несмотря на бесчисленные ножные грелки, шали, одеяла, горячие ванны и чай, сдобренный бренди, Аманде почти никогда не бывало тепло.
– Пожалуй, и я выпью вина, – услышала она свой голос. – Прошу вас, садитесь, мистер… то есть просто Джек. Она послала ему иронический взгляд.
– Поскольку вы оказались в моей гостиной, так уж и быть, можете представиться по всем правилам.
– Нет, – тихо обронил он, по-прежнему улыбаясь глазами. – В подобных обстоятельствах нам лучше звать друг друга просто по именам… Аманда.
Да уж, в наглости ему не откажешь!
Она молча указала ему на кресло и подошла к буфету. Однако Джек остался стоять до тех пор, пока Аманда не налила в бокалы красного вина. Только когда она опустилась на канапе красного дерева, он сел в ближайшее кресло. Яркий огонь в беломраморном камине бросал пляшущие отблески на его блестящие черные волосы и гладкую золотистую кожу. Он просто светился здоровьем и юностью. Аманда даже начала подозревать, что он на несколько лет ее моложе.