Виски и вправду подействовало, потому что девчушка уже почти выпрямилась. Затем она медленно повернулась ко мне и изучающе посмотрела на мое лицо в тусклом свете в течение нескольких секунд, прежде, чем заговорить.

Голос её окреп, хотя и был полон отчаяния:

- Мне все равно, что ты собираешься делать... куда ты меня повезешь... я понимаю, что без помощи долго не протяну. Ведь потом со мной сделают то же самое... Я сделаю все, что ты скажешь. У тебя доброе лицо.

Я с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться - моя физиономия может понравиться только очень нежно любящей матери, да и то, если она слепа, как одряхлевшая курица. Капитан Эд Уоррик однажды в шутку заметил, что у меня такая рожа, от которой любое парное молоко прокиснет через тридцать секунд.

- Повтори-ка, - попросил я. - Насчет того, что ты долго не протянешь.

- Они хотят убить меня, вот и все. - Девушка слегка поежилась. - Я не знаю, кто они такие, но слышала как они говорили, что должны убить меня, иначе им придется вернуть половину денег, которые они получили при заключении контракта - не знаю, какого. Они везли меня куда-то, чтобы убить и закопать, когда мне удалось я сбежать, - закончила она, снова поежившись.

- Кто это "они" ? - спросил я.

- Я уже сказала, что не знаю. И вообще - не спрашивайте. Я ровным счетом ничего не знаю.

Какого черта я ввязался в это дело - снова задал себе вопрос я. И как частному сыщику, и как секретному агенту службы безопасности мне часто приходилось иметь дело с различными запутанными случаями, но этот, похоже, был из ряда вон выходящим.

Я подумал, что может быть эта девушка была проституткой, которую избили недовольные её работой сутенеры. Но что-то в ней было такое, что не допускало такой мысли, даже если её внешний вид и говорил об обратном.

Вдруг она напряглась и сжалась, как пружинка. Я быстро поднял голову и увидел в ярком свете фар, что к нам приближается какой-то тип.