На следующее утро посыльный принес Розали огромную корзину цветов. На карточке было только «Выздоравливайте поскорее» и «К» вместо подписи. За цветами последовали… три недели молчания.

Розали не находила себе места. Нервы были напряжены до предела, а аромат цветов, пропитавший, казалось, даже стены ее квартиры, сводил с ума, постоянно напоминая о Кингсли. В офисе тоже было не лучше, при каждом телефонном звонке ее сердце замирало.

К концу второй недели она решила, что неверно растолковала знаки внимания, которые оказывал ей Уорд. Видимо, она интересовала его только как специалист, а не как женщина. Запихивая в мусорную корзину увядшие цветы, Розали уверилась в мысли, что Кингсли просто-напросто пожалел ее, а цветы – знак сочувствия с его стороны, и ничего больше.

По офису и квартире Розали передвигалась с помощью костылей, а на работу ее отвозил Майк. Вот и сегодня утром он заехал за ней.

Протянув ей глянцевый журнал, он заметил:

– Здесь кое-что, что может тебя заинтересовать. Это Ханна увидела.

Жена Майка обожала все без исключения глянцевые журналы. Майк шутливо называл жену «журналоголиком».

Розали открыла загнутую страницу. Ее словно ударили в живот. На фотографии был запечатлен улыбающийся Уорд в смокинге. Рядом с ним стояла роскошная брюнетка.

Розали попыталась придать своему лицу безучастное выражение и не подать вида, как ей на самом деле больно.