— Я подписал контракт на трехгодичное турне по Европе. Через пару дней отправляюсь во Францию.

— Надо же! Какая удача. Поздравляю. Отправляетесь с женой? — спросила она, заметив обручальное кольцо на пальце музыканта.

— Нет, у Синтии слишком много дел в Штатах. Возможно, мы с ней и встретимся где-нибудь в Старом Свете, но сейчас я улетаю один.

Сердце Кэролайн заколотилось с бешеной скоростью, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди прямо на клавиши рояля. Она улыбнулась, представив, какой марш наиграло бы ее взволнованное сердце.

— Меня зовут Кэролайн Барренс, — представилась она.

— Майкл, — ответил пианист.

— Майкл… э-э-э?..

— Просто Майкл.

— Интересно, а как же я буду следить за анонсами ваших гастрольных выступлений, не зная даже вашей фамилии?

— Неужели вы не узнаете мою музыку из сотни тысяч других мелодий? — с иронией спросил Майкл.

— Кэролайн, извините, что оставил вас одну.

Давайте вернемся за столик.

Она резко обернулась и едва не очутилась в объятиях Курта.

Господи, неужели в этом ресторане все мужчины появляются из воздуха и исчезают в пустоте? Вот и этот Майкл. Впервые за многие месяцы мне настолько понравился мужчина, что я готова была сделать первый шаг к сближению… Впрочем, я сделала не один шаг, а пересекла весь зал! И что дальше? Ничего.

Майкл вот-вот растворится в воздухе. Уедет в турне. А на мою долю в Филадельфии останется только Курт Саймон и ему подобные, утратившие романтичность лет пятнадцать назад.

Впрочем, Майкл был примерно ровесником Курта. Лет сорока. Правда, на вид он был значительно мужественнее и загадочнее, что ли. Задумчивый взгляд темных глаз, серьезное, если не сказать печальное, выражение лица, ироничная усмешка взамен голливудской улыбки Курта.

— Да-да, я просто подошла поблагодарить пианиста за великолепную музыку.

Майкл едва заметно усмехнулся, когда Кэролайн и Курт вернулись за свой столик.