— В Кингстон-Хилл, — коротко ответила она.

Клара замолчала, когда он наклонился, чтобы включить магнитолу. Марк переменил тему разговора и стал обсуждать недостатки движения в час пик, когда в салоне машины зазвучал тяжелый рок.

В то время, как Марк был увлечен дорогой, Клара украдкой рассматривала его решительный профиль, прямой нос с горбинкой, квадратные скулы.

Почувствовав на себе ее испытывающий взгляд, он обернулся к ней. Его глаза были необыкновенно голубые, они поразительно сочетались с его черными волосами.

Клара насторожилась. Его глаза насмешливо улыбались, как у человека, привыкшего к столь пристальному вниманию со стороны женского пола. Клара поспешно отвела взгляд. Меньше всего ей хотелось, чтобы он подумал, что она принадлежит к числу его поклонниц, в то время, как она на протяжении многих лет презирала его за то, что он так грубо обошелся с ее братом.

Внезапно она поняла, что он что-то говорит, но она ничего не могла расслышать из-за громкой музыки. Она, поморщившись, взглянула на магнитолу.

Он удивленно поднял бровь.

— Только не говори, что тебе не нравится.

Она пожала плечами.

— Я же говорил Джасперу, чтобы он принял того, кто любит музыку. — В его голосе слышалось раздражение.

— Он так и сделал. Я люблю музыку, но он не сказал, какого рода. Я предпочитаю классику.

Он бросил на нее скептический взгляд, и поднял глаза к небу.

К этому времени они пересекли весь город и были уже в Кингстон-Хилл. Клара показала на большой дом на углу третьей авеню.

— Я живу там.

Он резко затормозил, из-под покрышек вылетел сноп брызг. Наклонив голову, он посмотрел на довольно приличный трехэтажный дом.

— Ты живешь с родителями?

Клара покачала головой.

— Нет, у меня своя квартира на верхнем этаже.