Женщина улыбнулась и неуловимо пригладила темно-каштановые волосы. Ну что ж, хоть такой попутчик – и то не так скучно будет.
Через двадцать минут мужчина, наконец, запихнул наверх свой чемодан, предварительно выгрузив из него объемистый пакет с продуктами.
– Хотите кушать? – осведомился он, выгружая на столик завернутую в фольгу курицу, яйца и овощи.
– Нет, спасибо. Я недавно была в вагоне-ресторане.
– Дорого там, наверное, – посетовал мужчина, – А вас как зовут? Куда едете?
– Зовут меня Евгения. В Таганрог.
г. Таганрог. 2006 год.
Вне зоны доступа мы не опознаны
Вне зоны доступа мы дышим воздухом
Вне зоны доступа… вполне осознано.
Вне зоны доступа… мы.
– Лиза! – из комнаты раздался громкий крик, который тут же сменился смехом.
– Что? – закричала в ответ Лиза, ни на секунду не переставая мешать кашу в кастрюльке. Не дождавшись ответа, она выключила радио и снова закричала. – Что случилось?
– Ты вполне можешь больше не вопить, – мягкий голос наполнил пространство, и Инна вошла на кухню, держа в руках маленького ребенка, – Можешь нас поздравить: мы снова вылезли из манежа, стащили со стола бумагу и разорвали её на мелкие кусочки.
Лиза осторожно выключила плиту, положила ложку на тарелку и, вытирая руки о фартук, поцеловала вначале Инну, а потом дочку.
– И та самая бумага, конечно, была твоим финансовым отчетом, правда?
– Нет, – Инна усмехнулась и передала Дашу в руки матери, – Всего лишь докладом на конференцию.
– Я же тебе говорила, что этап манежа давно пройден, и больше этот номер не пройдет. Дашуль, зачем ты порвала бумагу?
– Я играла, – радостно ответила Даша и ухватила маму за волосы, – Мама, я кушать хочу.
– Хорошо. Вначале кушать, потом клеить Иннин доклад.
– А что такое доклад?
Лиза с Инной переглянулись и обменялись улыбками. Для своих двух лет Даша очень хорошо разговаривала, но постоянные вопросы уже успели замучить всех окружающих её взрослых.