Когда я переносил клавиатуру, какая-то девица, назвавшаяся Джеки, дала нам таблетки, которых я никогда раньше не видел.

— Коул, — прошептала она мне на ухо, как будто была моей старой знакомой. — Коул, это будет нереальный улет.

— Детка, — сказал я, перехватывая свою ношу, чтобы не уронить ее на пол, — для нереального улета мне нужно кое-что покруче.

Она широко улыбнулась, продемонстрировав желтоватые зубы, как будто знала какую-то тайну. От нее пахло лимоном.

— Не беспокойся, я знаю, что тебе нужно.

Меня разбирал смех, но я лишь отвернулся и плечом толкнул прикрытую дверь.

— Вик, давай сюда! — крикнул я, глядя поверх разноцветных волос Джеки. Потом взглянул на нее. — Ты-то сама поди уже закинулась?

Джеки провела пальцем по моей руке, поводила по краю тугого рукава футболки.

— Если бы закинулась, я бы не стала тратить время на разговоры.

Я похлопал ее пальцами по руке, пока она не сообразила, чего я от нее хочу, и разжала ладонь. Там ничего не оказалось, но она порылась в кармане джинсов и вытащила оттуда смятый полиэтиленовый пакетик. Внутри обнаружилось несколько ядовито-зеленых таблеток с выбитыми на каждой двумя буквами «Т». Кроме того, на них еще значилось «А+» — максимум по «приходу», но кто знает, что там было на самом деле.

В кармане у меня зазвонил телефон. Обычно я жду, когда включится голосовая почта, но, поскольку Джеки по-прежнему стояла ко мне вплотную, едва не утыкаясь в меня носом, я ухватился за этот повод свернуть разговор.

— Да!

— Коул, хорошо, что я до тебя дозвонился. — Это был Берлин, мой агент. Говорил он, как всегда, напористо и стремительно. — Ты только послушай: «Группа „Наркотика“ штурмом взяла музыкальный олимп со своим последним альбомом „Все тринадцать“.