Правда, женскую красоту он ценил по-прежнему и, увидев входившую в комнату княжну, с удовлетворением отметил, насколько она красива и грациозна. Он вспомнил балерин, которых знал в прошлом, и нашел, что его дочь лучше их всех.

— Вы хотели меня видеть, отец? Голос у нее был такой же нежный и мелодичный, как та музыка, которую она сочиняла.

— Да, Викторина, я желал поговорить с тобой. Тора посмотрела на него с удивлением: отец называл ее полным именем только во время дворцовых церемоний или в особо важных случаях.

— Что случилось? По правде говоря, я спешу: профессор музыки уже пришел.

— Музыка может подождать, — ответил великий князь. — То, что я должен тебе сказать, касается всей твоей будущей жизни.

Он говорил так серьезно, что Тора заволновалась. В ожидании объяснений она испуганно смотрела на отца широко раскрытыми глазами, которые, казалось, одни и остались на ее нежном личике.

Княжество Радославское располагалось между Сербией и Румынией, а на севере граничило с Венгрией. Тора была не единственной красавицей среди радославских женщин.

Иностранцы уверяли, что в них воплотились лучшие черты разных народов, которые веками смешивались между собой.

Волосы у Торы были огненно-рыжие, как у венгерок, а прекрасные глаза будто хранили какую-то тайну, как глаза румынок. Нежная кожа и гибкая стройная фигурка явно достались ей от сербских предков. И была в ее характере мягкость и чуткость, которую Тора унаследовала от матери, в жилах которой текла и русская кровь.

Итак, она ждала, пока отец скажет ей, зачем она понадобилась ему так срочно, и томилась неясным предчувствием беды. Еще больше Тора встревожилась, когда отец заговорил, избегая смотреть ей в глаза.

— Я только что говорил с нашим послом в Солоне, — сказал он, — и услышал от него новость. По-моему, очень хорошую новость.