Слова Рафа кольнули ее в самое сердце.

— Учишь меня, а сам туда же: вздумал жениться на первой встречной! — Взгляд Эллы стал презрительным. — Или для мужчин все по-другому?

— Для некоторых, может быть.

Раф не уточнил, относился ли он сам к тем некоторым. Но страсть в его глазах не оставляла сомнений: он не успокоится, пока не заполучит ее. И чтобы утихомирить свое желание и вырвать ее согласие, он ни перед чем не остановится.

Словно в ответ на ее мысли, Раф сказал:

— Да, amada, знаю, ты дорогого стоишь.

— А как же огнеокая брюнетка, которую ты заказал?

— Ах, это. — Раф намеренно опустил дымчато-серые глаза.

— Да, это.

— Не узнаешь? — Он смерил Эллу насмешливым взглядом. Пульс ее участился. — Я описал тебя.

— Интеллектуалка с пудовыми плечами, по-собачьи… Я?! — растерялась она.

— К сожалению, да, — усмехнулся Раф. — Но в своем благородстве я закрою глаза на эти явные недостатки.

Неверие с надеждой по очереди атаковали Эллу.

— Разыгрываешь?

— Нисколько. Тебе нужен муж, мне — жена. Почему бы не пойти навстречу друг другу?

Элле показалось, что она очутилась на краю пропасти. Поверить Рафу — все равно что шагнуть вниз; ошибиться — все равно что почувствовать на себе спасительные руки и, выскользнув из них, полететь дальше, зная: ничто не остановит свободного падения, ничто не отвратит удара о каменную твердь.

Элла совсем смешалась. Никогда она не чувствовала себя такой уязвимой.

— Ты… ты…

— Да, делаю тебе предложение. — Мягкий, обволакивающий тон усиливал магию его слов. — Выходи за меня, Элла. Согласись, мы оба этого хотим. Не один год. Сколько можно смотреть друг на друга, прикасаться и сходить с ума от неудовлетворенности?