Он увидел, как она широко раскрыла глаза.

— Лесничий? Тогда есть шанс, что он может знать мужчину, с которым убежала моя мать, — взволнованно сказала Мэдисон.

Даренго, возможно, знает его лучше, чем вы думаете, едва не сказал Стоун. Несмотря на то что мужчина, которого она описала, очень походил на Кори, у Стоуна не укладывалось в голове, что его дядя мог действительно увезти незнакомку к себе на гору. Он не знал, по какой причине Кори зарекся не иметь постоянных отношений с какой-либо женщиной, но ему было хорошо известно, что дядя соблюдает свой зарок.

— Да, такая возможность имеется, — неохотно признал он.

— Тогда, если вы не возражаете, мне хотелось бы задать ему несколько вопросов.

— Нет, не возражаю, — сказал Стоун, надеясь, что сначала ему удастся поговорить с Даренго.

— Можно выходить, в проходе уже никого нет.

Слова Мэдисон прервали его размышления. Он смотрел, как она встает, выходит в проход и снимает с полки дорожную сумку, которую он немедленно определил как «Луи Витто». Стоун улыбнулся, вспомнив, как он подарил Дилейни дамскую сумочку от Луи Витто в тот день, когда она получила диплом врача. Его тогда чуть не остановила запредельная цена, но, увидев, какую радость доставил Дилейни его подарок, он решил, что сумка оправдала затраты.

Дилейни когда-то объяснила ему, что стильную женщину можно определить по ее сумочке. В таком случае Мэдисон Уинтерс чертовски стильная женщина, потому что у нее не одна, а две сумки от Витто. Стоун встал и пошел за Мэдисон по проходу.

Мэдисон посмотрела вперед, и ей показалось, что до выхода еще целая сотня миль. Когда люди, идущие впереди, внезапно остановились, Стоун машинально удержал ее за талию, чтобы она не упала.

Она повернулась и посмотрела на него через плечо.

— Спасибо, Стоун.

— Не за что.

Мэдисон улыбнулась. Стоун оказался выше, чем она предполагала.