
Спустившись по трапу, они вместе пошли к зданию аэропорта.
— Итак, как долго вы намереваетесь пробыть в Монтане? — спросил он.
Мэдисон заметила, что Стоун замедлил шаг, стараясь идти рядом с ней. Она подняла на него глаза.
— Я останусь до тех пор, пока не найду маму и не поговорю с ней. Надеюсь, что это не займет много времени. По словам мистера Джемисона, владельца «Серебряной стрелы», хижина, в которой остановилась моя мать, находится не очень далеко, но, так как она на горе, добраться туда будет трудно. Сначала подъеду на машине как можно ближе к этому месту, а остальной путь проделаю верхом.
Стоун поднял брови и с любопытством посмотрел на нее.
— Вы умеете ездить верхом?
Мэдисон улыбнулась.
— Да. Подростком я брала уроки верховой езды. Конечно, подниматься на гору труднее, чем гарцевать на лошади в манеже, но я думаю, что справлюсь.
У Стоуна не было подобной уверенности. Она выглядела слишком утонченной и хрупкой для подобного испытания.
— Я совершенно не понимаю одного.
Стоун вернулся к действительности.
— Чего?
— Как мама поднялась на эту гору? Она никогда не ездила верхом. Отец уговаривал ее брать уроки верховой езды вместе со мной, но она отказалась.
Стоун кивнул.
— Вероятно, они ехали вдвоем. Это довольно утомительно, но вполне возможно, если у них была хорошая, сильная лошадь, — объяснил он и живо представил, как Мэдисон сидит на лошади позади него, обхватив его руками. Он чувствует, как ее груди прижимаются к его спине, а запах ее тела щекочет ему ноздри. Чтобы успокоиться, Стоун сделал глубокий вдох.
