— Возможно, есть другая причина, тихо произнес Стоун, искоса взглянув на Мэдисон.

Она посмотрела на него, щурясь от солнца, проникавшего в окно машины.

— И какая же это причина?

— Внезапное влечение.

Стоун заметил, как Мэдисон открыла рот, чтобы отвергнуть его предположение, но тут же закрыла его. Она должна признать, что такое вполне вероятно, потому что на самолете они оба испытали это чувство. Было бы нечестно отрицать такую возможность.

Она помолчала.

— Я уверена, что это вполне вероятно. Но неужели влечение может оказаться настолько сильным, чтобы превратить уравновешенного человека в импульсивного и неразумного?

Стоун рассмеялся.

— Поверьте мне, Мэдисон, я видел, как это происходит.

Когда-нибудь он докажет ей это, рассказав о своих двух братьях, которые недавно женились. Дейр и Торн были исполнены решимости не жениться, особенно в таком молодом возрасте. Но Стоуну было понятно, почему женился Дейр: Шелли была его настоящей любовью. Когда она вернулась в город после десятилетнего отсутствия вместе с сыном, о существовании которого Дейр даже не подозревал, стало понятно, что они снова воссоединятся и создадут дом для своего ребенка. Но не чувство долга побудило Дейра жениться. Он просто любил Шелли, и этим все сказано.

В женитьбе же Торна на Таре все было по-иному. Это как раз яркий пример того, что может сделать внезапное влечение, если не быть начеку.

— Ну, я не могу даже представить, что с моей матерью может произойти что-либо подобное, — горячо возразила Мэдисон, прервав размышления Стоуна. — У вашего дяди есть телефон на этой горе?

— Да.

— Тогда мне нужен номер. Я хочу позвонить маме и сказать, что я направляюсь к ней.