Владения подводных владык оказались намного богаче, чем суша. Жаль только, что акваланг не позволяет опускаться на значительную глубину, так что большую часть обитателей океанов и морей, пока удалось увидеть только в богато иллюстрированном справочнике по ихтиологии. Впрочем, может быть, еще удастся побывать и на предельных глубинах, внутри батискафа или батисферы. Опуститься на самое дно самой глубоководной впадины в Тихом, Индийском или Атлантическом океане. Увидеть своими глазами всяких электрических монстров и химер, вынужденных создавать собственные природные источники освещения из-за жизни в вечной темноте. Чего стоят одни имена таких живых плавающих биогенераторов, звучащие на латыни, как заклинания халдейских мудрецов: линофрина, галатеатаума, долопихт, лазиогнат…

Роберту удалось даже избежать всеобщего поветрия аквалангистов - создавать дома коллекции из обитателей моря, якобы, добытых лично. Стандартного набора из морских кораллов, морских звезд и ежей, шаровых рыб, морских коньков, челюстей акул и т.п. Даже аквариумом не обзавелся, тоже из принципиальных соображений. Он вообще считал, что неодомашненное живое существо должно существовать в естественных условиях обитания, на воле.

Конечно, помимо скачек и акваланга, в его жизни было немало других увлечений и полезных занятий. Известное место среди них занимала спортивная журналистика, удачно сочетавшаяся с его увлечениями и приносившая доход, достаточный для обеспечения его скромных потребностей, независимости от родственников и удовлетворения мужского самолюбия.

В свое время сэр Артур Чествик, крупный бизнесмен и отец «графомана», нередко упрекал сына за отсутствие постоянства. Некоторые основания для критики, конечно, были. Один перечень видов спорта, в которых Чествик-младший когда-то попробовал свои силы, уже впечатлял. Регби, теннис, крикет, крокет, гольф и даже стендовая стрельба по тарелочкам.