Вершин в этих видах спорта он, конечно, не достиг. Наверное, просто не успел или не хватило терпения. Если бы позанимался подольше, может быть, что-то и получилось бы. Но зато он мог вполне профессионально писать на спортивные темы как комментатор и обозреватель. Именно поэтому его аналитические статьи и пользовались заслуженным успехом у разбирающихся в спорте людей, а широта познаний в разных видах соревнований и игр позволяла редакции экономить на расходах на командировки и избегать расширения штатного персонала.

Ну, а что касается скачек, то тут, как говорится, сам Господь вел его за руку, держащую перо. Или, точнее, стучал его пальцами по клавишам компьютера. Этот мир он знал досконально, со всеми его скрытыми течениями и подводными камнями. Однако Роберт никогда не использовал свои знания для закулисных игр и добывания скандальной славы. Не позволяла этика настоящего жокея, хотя это, может быть, не всегда совпадало с пониманием основных задач журналистики у его издателей.

Впрочем, мнение издателей его особенно не волновало. Свою работу журналиста Роберт рассматривал как временное явление, как подготовительную ступеньку к писательской деятельности. Иначе не было смысла вообще приходить после университета, с дипломом бакалавра, в этот суетный, нервный и скандальный мир. Вот только он никак не мог определиться, с чего же начать свои первые публичные шаги в новой ипостаси. В каком жанре и с каким произведением выйти в мир большой литературы, чтобы сразу занять в нем заметное место? Как в скачках, где новичок при удачном раскладе и хорошей лошади мог войти сразу в лидеры и сделать себе имя. Надо лишь умело оседлать литературу и погнать ее вскачь через препятствия, вызывая восторг у зрителей, то есть у читателей. Он даже успел подобрать себе несколько псевдонимов, в зависимости от того, в какой области литературного творчества будет добиваться успеха.

За последние два года Роберт перешел от мечтаний к практической стадии реализации своих замыслов.