Марина прекрасно понимала, что является для Андрея всего лишь игрушкой. Знала, что от нее ему нужно одно. И не хотела давать ему требуемое, не хотела уступать. Не хотела и встречаться с ним, умудрилась даже противостоять Лариске, когда через пару дней та буквально умоляла ее вновь поехать на дачу. Как будто мало ей было той ночевки с Вовчиком, как будто не понимала, что нужна ему только для этого.

Лариска злилась, бесилась, прядая крыльями курносого своего носика, пыхтела от бешенства, ведь привыкла, что Маринка сопротивляется максимум две минуты. А тут полдня уговаривала упрямицу, а та — ни в какую: не поеду, и все тут. Пришлось ехать одной, ведь мальчики-то ждали, разве можно обманывать их ожидания?

Что уж там у них за встреча вышла, а только ранним вечером явился Андрюша:

— Малыш, я не понял. В чем дело, детка? Я тебя жду, а ты не приезжаешь.

— Знаешь, Андрюша, — сказала вроде просто, а у Андрея аж мурашки по телу поползли. — Не надо нам больше встречаться. Я глупость спорола, что в прошлый раз позволила себя уговорить. Не надо мне было ехать. Ну да что там, поезд ушел, ничего теперь не поделаешь. Только на продолжение не рассчитывай — продолжения не будет.

— Э! Э, э, э! Ты это брось! Что за шуточки — не будет продолжения! Это почему это? — искренне возмутился Андрей.

— Просто не будет, и все. И без объяснения причин. Если сам не догадываешься — объяснять бесполезно.

— Э, детка, ты что? Динамо? Нет, милая, так не пойдет. Малыш, я, между прочим, через весь город за тобой ехал, потому что видеть тебя хотел…