Пожимая на прощание руку проводнику, Гай Леруа пытливо заглянул парню в глаза.

— Я понимаю, что тебе здесь нравится и все такое, но… Словом, Джеки, если надумаешь — вот моя карточка. Ты мне приглянулся, скажу честно. Не исключено, что из тебя выйдет толк.

— Спасибо, мистер Леруа, но… почему я? Наверняка у вас полно сотрудников…

— Как грязи. Все сплошь с университетским образованием, чистенькие и вымытые — аж скрипят. Но я им не доверяю. Мы с ними из разных учебных заведений. Я учился бизнесу на лесопилке, а они в Гарварде, смекаешь?

— Ну я-то вообще нигде не учился…

— Ты похож на меня в молодости. И я тебе доверяю. Как ты полагаешь, если уж доверил на целых три дня свою жизнь — в остальном тоже можно доверять, не так ли?

— Наверное. В любом случае спасибо за добрые слова. Возможно, я и в самом деле попробую.

Джек Браун попробовал. Когда в октябре зарядили дожди и туристические маршруты свернули до зимы, он уволился из Национального парка и отправился в Кроуфорд, где жил Гай Леруа.

Его взяли на непонятную, но многообещающую должность помощника руководителя, и уже к Рождеству Гай Леруа души не чаял в своем новом сотруднике. В середине декабря Джек получил официальное приглашение на рождественский ужин в особняк Леруа, а накануне этого самого ужина Гай зашел к нему и без обиняков, как лесоруб лесорубу, объявил: да, имеется у них с Сюзи дочка, истинная красотка, но чтобы Джек себе ничего такого не воображал, потому как хоть Гай и относится к Джеку, как к родному сыну, но Иви — это дочку так зовут — должна прожить совсем другую жизнь, и не в зачуханном Кроуфорде, а где-нибудь в приличном месте, типа Лос-Анджелеса или Майами, и вообще, после школы она отправится в Висконсин, в университет, так что Джек пусть губы не раскатывает…

Джек Браун остановил машину возле особняка Леруа и немного посидел за рулем просто так, без всякого смысла. Собираясь с силами, если угодно.