Воскресенье

«Рыболов» оказался оазисом современности, с упругими гигантскими кроватями, не пропускающими насекомых окнами и благословенными кондиционерами. Ни одного москита или слепня в пределах видимости!

На следующее утро, собираясь в своем номере в церковь, Тори с ужасом думала о перспективе вернуться в реальный мир. Ее аллергия утихла, но влажный удушливый воздух никуда, не делся. Жару обещали до тридцати трех градусов — и это при такой-то влажности! Слишком много для нее, привыкшей к холодному северному климату!

Тори надела голубое платье без рукавов со свободным лифом, собранным у талии. Чувствуя, что просто умирает от голода, она направилась первым делом в ресторан, который оказался буквально оккупирован молодыми крепкими рыбаками.

Тори села, а окружающие мужчины улыбались и кивали ей. Это было непривычным для нее, но здесь, в Старке, люди, в самом деле, смотрели друг на друга, в том числе и на незнакомцев. Больше того, улыбка или другой дружелюбный жест казались нормой любому встречному.

Это выглядело так, будто люди действительно значили что-то друг для друга, — идея, показавшаяся Тори оригинальной и немного забавной.

— Привет, — сказал один из мужчин.

— Привет, — улыбаясь, ответила Тори.

— Так это вы приехали, чтобы позаботиться о кошках Люсинды?

Тори удивленно посмотрела на него:

— Откуда вы знаете?

— Мне сказал Мэтт. Я Майк, ночной администратор этого мотеля. Я тот, кто организовал вам номер.

Тори одарила его широкой благодарной улыбкой:

— Вы спасли меня.

— Рад был помочь. Я просто попросил старину Хэнка, — кивнул он на парня, сидящего рядом с ним, — переселиться в номер к нашему общему приятелю.

— Что? — выдохнула Тори. — Я и подумать не могла…

— Не беспокойтесь об этом, — вмешался Хэнк. — Я тоже был рад помочь. Мы не хотим, чтобы такая красотка, как вы, плохо чувствовала себя в нашем городе.