— Конечно, — ответила Донна, даже не дождавшись конца объяснения. Она открыла ключом кассу, схватила пятидолларовую купюру и передала мальчику.

Уходя, Эрик улыбнулся Джейку.

Колокольчик над входной дверью звякнул и замолк, а Джейк продолжал стоять, глядя вслед подростку. Донна нарушила молчание:

— Ты увидел Эрика, Джейк. Почему же не уходишь?

Он повернул голову и посмотрел ей в глаза, которые видел в своих снах пятнадцать лет подряд.

— Он похож на него.

— Да.

Джейк потер лицо рукой.

— Он не знает, кто я?

— А почему он должен знать тебя? — возразила она и стала расставлять футляры с фильмами в алфавитном порядке. — Он никогда прежде не видел тебя, Джейк.

Он окинул взглядом интерьер магазина. Здесь мало что изменилось за эти годы. Пожалуй, расширился выбор кассет и дисков, но обстановка осталась прежней. Стены были увешаны постерами фильмов. Окна, выходящие на Мейн-стрит, сверкали на солнце, а по телевизору, стоявшему в конце прилавка, шел приключенческий фильм.

Вздохнув, Джейк тихо сказал:

— Если бы мы знали о нем раньше, все было бы по-другому.

— Знаю. Но я сделала то, что должна была сделать.

— Одна?

— Мне помогала тетя Лили. Она была... — Донна замолчала и улыбнулась, — замечательной.

Радостно слышать, что Донна не совсем одинока. Джейк попытался представить ее в то время. Сама еще ребенок. Беременная. Вдали от дома. Отец ее малыша погиб.

Острая боль пронзила Джейка, потом растворилась под яростным натиском той, уже знакомой боли, которая не отпускала его много лет. Как будто читая его мысли, Донна сказала:

— Джейк, это было давно.

— Да, порой кажется, что это было в другой жизни. А иногда — словно вчера.

Донна собралась с духом и вновь подняла на него глаза. Он застал ее врасплох, придя сюда. И этот взгляд, и его голос напомнили ей о том вечере, когда все в ее жизни изменилось навсегда.