– А с чего ты решил, что их тут целая банда? – не отступал Олег.

– Да с того, что на отвале ни души, а в хорошие времена там человек по пятьдесят копалось. Они бы эту троицу махом затоптали. Видимо, местная мафия решила это дело взять под свой контроль. Для начала всех просто разогнали и закрыли доступ на отвал. Потом, наверное, начнут брать какую-то мзду.

– Значит, этим никакого наказания не будет? Так, что ли?

– Будет. Такие долго не живут. Кто-нибудь пришибет. Или на машине пьяные разобьются.

– Нет, я хочу, чтобы мы им отомстили.

Вовец остановился, внимательно посмотрел на сына.

– Хочешь сказать, чтобы я им отомстил? Но для этого мне надо тебя вначале домой доставить, и чтобы ревизоры на полпути не высадили за безбилетный проезд.

– Мне мама дала на всякий случай пятнадцать тысяч. Но я не хочу домой. -

Неожиданно его лицо оживилось. – А давай, правда, им отомстим, гадам? Они же, наверное, опять сюда приедут?

– Неуловимый мститель, – Вовец снисходительно похлопал сына по рюкзачку, – соображаешь. А скажи-ка мне, храбрый борец с мафией, что ты можешь?

– В каком смысле? – Олег тут же отозвался вопросом на вопрос.

– В самом прямом. Драться, устраивать засады, минировать дороги, ходить в разведку, брать языка, снимать часовых, стрелять, фехтовать ломами и так далее. Что ты можешь предложить?

– Ну, папа, ты и наговорил, – Олег даже растерялся, – чего уж так-то.

– А как? Смотри: через двадцать минут пути ты уже захныкал, что дорога тяжелая, потом, как последний раззява, дал себя поймать за шкирку, – Вовец говорил жестко, не щадя самолюбия сына. – От страха чуть не обделался. Язык у тебя шустрее ума. "Отомстить, отомстить!" – дурашливо передразнил. – Я тебе все время повторяю: "Будь мужчиной," – а ты только обижаешься. Ну посмотри на себя: даже на спине сала на два пальца. Спортом не занимаешься, ничего не умеешь, ничем всерьез не интересуешься. Я в четырнадцать лет уже избушку мог срубить. А ты?