С побелевшим лицом она невидящими глазами уставилась куда-то вдаль. Мужчина, стоявший неподалеку, какое-то время внимательно следил за ней, а потом оставил своих собеседников, вежливо извинившись. Взгляд Элизабет затуманился, она не плакала, но глаза ее были влажны. Только когда Макс очутился прямо перед ней, она заметила его.

— Что-нибудь случилось, Лиз? Ты выглядишь как сомнамбула. Тебе нехорошо? — В голосе Макса звучала тревога, и Элизабет попыталась собраться.

— О, привет. Макс. — Она с трудом выдавила улыбку, но ей не удалось провести его.

Он взглянул на мужчину рядом с ней.

— Наслаждаетесь вечеринкой, Гринхайм? — спросил он с вызовом: Макс не сомневался, что состояние Элизабет вызвано его обществом.

— Конечно, все великолепно. — Тот выглядел слегка испуганным. Макс Адаме был очень влиятельной особой — богач, который стремился стать еще богаче, энергичный человек, упорно идущий к поставленной цели.

Мощного телосложения, с коротко подстриженными каштановыми волосами, отливающими медью, и карими глазами, Макс вел себя задиристо. Его текстильная фирма разрасталась как на дрожжах, в основном из-за его желания преуспеть. Но в успехе его фирмы была и заслуга Элизабет. Именно благодаря ее идеям их товар шел нарасхват. Элизабет создавала рисунки, которые были свежими и изысканными. «Вещь со вкусом», — сказал про них Макс, когда впервые увидел ее работы. «Стильные», — добавил он, одобрительно кивая, головой. На первый взгляд Макс производил впечатление грозного человека, с которым нельзя не считаться, но Элизабет скоро узнала, что под суровой внешностью скрывается золотое сердце, и особенно в его отношении к ней.

Его забота о ней была безгранична. Он не хотел, чтобы кто-то из конкурентов переманил ее к себе, и делал все для того, чтобы она была довольна: установил высокое жалованье, предоставил машину, нашел ей на Манхэттене очень уютную квартиру в пятнадцати минутах ходьбы от офиса.