И она выбежала из гостиной.

Над столом повисла неловкая тишина. Даже профессиональная улыбка Джимми несколько потускнела и казалась неестественной.

— Она шутит, — без особой уверенности проговорил он, облизывая губы кончиком языка. — Просто шутит. И Джимми торопливо вышел вслед за женой.

— Черт меня возьми! — воскликнула Натали, когда дверь за Джимми закрылась и он не мог ее услышать. — Хотела бы я знать, что все это значит?

Мэдисон повернулась к мужчинам, но выходка Банни, похоже, не произвела никакого впечатления ни на Лютера, ни на Джейка.

— Ничего, — спокойно ответил Джейк и улыбнулся широкой, беззаботной улыбкой. — Просто Банни — это Банни. Ей надоело ходить в кроликах, и она пытается изобразить из себя тигрицу.

— Да, — кивнул Лютер и, взяв из бара бутылку красного вина, обошел стол, разливая его по бокалам. — Подумать только: столько лет и… ничего не изменилось.

— Она что же… всегда так кричит на гостей? — спросила Мэдисон, пораженная тем спокойствием, с каким мужчины отнеслись к происшедшему.

— Да нет, не всегда. Банни устраивает сцену каждый раз, когда ей хочется привлечь внимание Джимми, — пояснил Джейк. — Это ее собственный, личный способ.

—  — Патентованный, — поддакнул Лютер, отпивая из своего бокала большой глоток.

— Что ж, в конце концов, это ее дело, — сухо заметила Мэдисон, отодвигаясь от стола. — Если она хочет устраивать сцены, пусть устраивает. Но я не обязана при этом присутствовать — Да нет, ты не поняла, — проговорил Лютер и усмехнулся. — Этот бред продолжается с тех самых пор, когда мы с Джи учились в колледже. Вот увидишь, через пару минут они вернутся и снова начнут ворковать как ни в чем не бывало. Это, если хочешь, традиция.

— Возможно, — ответила Мэдисон, из последних сил стараясь удержаться от резких слов, которые вертелись у нее на языке. — Но я не хочу быть свидетелем такой традиции. — Она встала. — Кроме того, меня ждет работа…