Дэвид нахмурился — Розалин еще не успела рассказать ему о происшествии. Она сама уже почти забыла этот инцидент и могла теперь без смущения поведать его своему названому брату.

— Что опять выкинул этот мерзавец? — сурово спросил Дэвид.

— Он пронюхал, что я приобрела меч, и подослал ко мне в кабинет молодого человека, одетого в костюм викинга. Этот «средневековый воин» торжественно поведал мне, что его зовут Торн Бладдринкер.

— Торн Бладдринкер?

Розалин поморщилась и кивнула. Дэвид знал, что грубые намеки на розовые кусты и колючки ей пришлось выносить долгие годы, но никто еще не пытался заходить так далеко и именовать себя Торном. Да и какие родители (если они, конечно, в здравом уме и твердой памяти) нарекли бы своего сына таким странным именем?

— Да, вот именно. Торн Бладдринкер, — подтвердила Розалин. — Поэтому-то я и догадалась, что милый розыгрыш — дело рук Бэрри Хортона. Он, вероятно, долго к нему готовился, а в то утро случайно увидел, как я тащила посылку в свой кабинет (я слишком долго проторчала в очереди на почте, и у меня не было времени заехать домой). Если он Заметил меня с этой огромной коробкой, то сразу смекнул, что в ней находится, и в тот же вечер устроил этот маскарад.

— И чего, спрашивается, еще ожидать от такого беспринципного подонка и…

— Tec, — прервала брата Розалин, видя, что лицо его залила краска негодования: Дэвид презирал Бэрри почти так же сильно, как она сама. — Когда-нибудь он получит по заслугам — я в этом не сомневаюсь, так как верю в справедливость. Возмездие все равно рано или поздно настигает даже тех, кому удалось поначалу его избежать.

Она поскорее перевела разговор на другую тему, чтобы Дэвид обуздал свою ярость и забыл на время о Бэрри Хортоне. Когда спустя несколько минут он уже от души смеялся, — а ей было не трудно этого добиться, ибо она от природы была одарена хорошим чувством юмора, о котором знали только самые близкие ей люди, — она вновь вернулась к тому, что ее так занимало.