В золотистом свете свечи она выглядела еще красивее, чем в последний раз. Казалось, ее лицо излучает сияние. Люку очень нравилось имя Анита. В нем сочетались твердость и лиризм. Оно подходило этой красивой женщине с сильным характером.

Сейчас ее волосы были короче, чем раньше. Они были все того же глубокого темно-коричневого цвета. Отражая свет, они приобретали красноватый оттенок. Полтора года назад волосы у нее были длиннее. Они спускались ниже плеч, завиваясь на концах. Сейчас же коричневые пряди кудрявились вокруг ее шеи, изящно обрамляя красивое лицо.

Вот она стоит в доме, где раньше жила жена его брата.

Что привело ее сюда? Неужели она разыскивала его? Может быть, она приехала, чтобы продолжить их отношения? Почему эта мысль одновременно так пугает и так волнует его?

На мгновение перед глазами Люка снова пронеслись картины их жизни в Калифорнии. Но одного взгляда на дочь, мрачно сидевшую за столом, было достаточно для того, чтобы вернуться к действительности.

— Лимонад? Или чай со льдом? — Анита жестом показала на холодильник.

Люк поймал на себе взгляд ее шоколадных глаз, и между ними снова пробежала искра.

Эмили нервно барабанила пальцами по деревянной столешнице.

— Мм… нам… ммм… пора домой. — Язык не слушался Люка. — Спасибо, но…мм… нам пора домой.

Анита улыбнулась.

— Ты уже сказал это.

Господи, каким же неуклюжим иногда бывает Люк. Он повел себя просто, как последний идиот. В нем никогда не было ни капли того шарма, которым обладал Марк. А ведь они братья-близнецы. Марк бы сейчас на его месте сказал пару учтивых фраз и с достоинством удалился из дома Аниты.

А бедняга Люк пробубнил что-то вроде того, что уже поздно, схватил за руку, сопротивляющуюся Эмили и, сконфуженный, поспешно удалился через заднюю дверь.

* * *

— Придется посадить тебя под домашний арест до восемнадцати лет, — сказал Люк дочери. Он был зол на нее. Из-за ее исчезновения он попал в такую нелепую ситуацию.