Он нажал на кнопку, и на циферблате его часов высветилось 5:49.

Расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, он преодолел последний марш. Пробираясь на цыпочках через кухню, он включил кофейник (пусть будет еще один сюрприз!) и направился к входной двери, которую открыл, стараясь не скрипеть.

На крыльце он остолбенел от страха, потому что увидел перед собой черную фигуру. Но уже через мгновение вспомнил, что это чучело фермера с тыквенной головой, которое они с мамой сделали накануне. Запах свежей соломы еще не выветрился, хотя прошли почти сутки.

Брет промчался мимо праздничных декораций и бросился вдоль по дороге. Возле пустующего домика для гостей он резко свернул вправо, прошмыгнул между второй и третьей жердями загороди и стал карабкаться вверх по склону пастбища. Одинокий луч восходящего солнца освещал огромную двухэтажную конюшню, выстроенную дедом. Брет всегда испытывал благоговейный страх перед этим великим человеком, именем которого названы улицы, дома и горные вершины и которому некогда принадлежал весь Ласт-Бенд.

Сколько Брет себя помнил, легенды о приключениях его деда передавались из уст в уста, и мальчику очень хотелось быть похожим на него. Вот почему он поднялся сегодня так рано: надо во что бы то ни стало доказать матери, которая слишком сильно опекает его, что он вполне может отправиться к водопаду Ангела один и верхом.

Брет нащупал металлическую задвижку и открыл дверь. Ему всегда нравился этот теплый запах, запах соломы и кожи, который странным образом напоминал ему о матери.