Он мог легко прокрасться обратно наверх и положить эти огромные безвкусные драгоценности туда, где они лежали прежде, среди рассыпанной пудры. Сама по себе это была интересная идея, и, пока он не продумал всех деталей, ему захотелось предпринять такую попытку. Однако, поразмыслив, он понял, что, если предположения мисс Браун окажутся верными, с этого дня ей будет обеспечена хорошая репутация. Она станет любимицей общества, ее будут приглашать погадать на лучшие вечера. Тогда, рано или поздно, Алистэйр застанет ее в одиночестве! А он намеревался насладиться вовсе не предсказаниями ее крупных бледных губ.

Но если выяснится, что она мошенница, как оно и было на самом деле, то она уедет, и Алистэйр никогда ее больше не увидит. Он не хотел, чтобы это произошло.

Алистэйр чувствовал теплый кошелек под слоями своей одежды. На мисс Браун не было драгоценностей, и он лениво подумал, что они, несомненно, ей бы пошли. Голубые топазы, к примеру, подчеркнули бы цвет ее глаз. Нет, это было бы недостаточно роскошно. Жемчуг, большие кремовые жемчужины, оттеняющие ее кожу. И больше ничего.

— Что означает этот пристальный взгляд, старина? — Фредди тихонько подошел к нему. На его привлекательном лице с детски беспечным выражением было написано любопытство.

— Это означает только то, что мне скучно, Фредди. И ничего больше. Перейдем к карточному столу. На твоем месте я приготовился бы расстаться с суммой, которой тебе при разумной экономии хватило бы на четыре месяца.

— Откуда ты знаешь, Алистэйр? Может быть, на этот раз выиграю я, — запротестовал он, удаляясь в направлении игральной комнаты.

Алистэйр сам не мог понять, почему он медлил, стоя в дверях. Он обернулся, чтобы взглянуть украдкой на полную достоинства, с безукоризненными манерами мисс Браун, и внезапно встретил пронзительный, испытующий взгляд этих странных глаз.

Он улыбнулся сладкой и весьма вызывающей улыбкой. Девушка быстро отвернулась, сделав вид, что не смотрела на него. Когда Алистэйр нашел Фредди за карточным столом, настроение у него было превосходное, и он даже позволил Фредди обыграть себя несколько раз, пока тот не начал не на шутку его обдирать.