— Профессия диктует особый стиль?

Она согласно кивнула.

— Это общеизвестно.

— И ты держишь всех мужчин на почтительном расстоянии?

— Нет, не всех, у меня есть несколько друзей. — Она подчеркнула слово «друзей». — Но они не любовники и не потенциальные мужья… Просто добрые приятели.

— Если бы это говорил кто-то другой, я бы усомнился в правдивости этих слов, — заметил Лоренс. — Всегда с недоверием относился к платоническим отношениям между мужчиной и женщиной.

— Что ж, — холодно заметила Келли, — мужчина, подобный тебе, естественно, может сомневаться, но уверяю тебя — это вполне возможно.

— Да, только вряд ли твоим друзьям это так уж нравится.

— Нравится или нет — они держат свое мнение при себе, — спокойно парировала она. — Я не собираюсь влюбляться. Я просто не способна растворяться в избраннике, как Джилл. Ты для нее был центром Вселенной, ее жизнь вращалась исключительно вокруг тебя. Я же не способна на подобное самоотречение. Единственное живое существо, которое еще занимало мысли Джилл, была ее лошадь, — Келли вдруг осеклась, проклиная свой неуправляемый язык. — Господи, что я говорю… Прости, Лоренс.

— Ничего. Это правда.

Девушка вздохнула.

— Если уж мы заговорили об этом, до сих пор не могу понять, как лошадь могла сбросить ее… Джилл ведь была такой великолепной наездницей!

— Должно быть, отвлеклась, — слегка нахмурившись, пожал плечами Лоренс. — Она была не в настроении в то утро, поняв, что у нас опять не получилось с ребенком… Каждый месяц одно и то же, и я ничем не мог успокоить ее. Единственное, что помогало ей разогнать тоску — вскочить в седло и нестись галопом по вересковым пустошам, пока не придет облегчение.

— Но это случилось в другом месте, не на пустоши, — грустно заметила Келли.

— Да, — кивнул он, и глаза его померкли. — Она спокойно ехала по тропе, по которой проезжала сотни раз, опустив поводья, но что-то, видимо, испугало лошадь… Та резко рванулась, и Джилл упала, ударившись виском о выступающий камень… Смерть была мгновенной. — Голос Лоренса дрогнул. — Мне говорили, что хотя бы за это я должен благодарить Бога. — Он тяжело вздохнул и беспомощно развел руками.