— Так-то! — воскликнул Келлер.

Он поднял пистолет вверх и выстрелил в воздух. Потом уложил пистолет обратно в ящик и, бросив его презрительно к ногам Фуада, сел в машину. Черт с ними, с этими наблюдателями в «мерседесе»! Теперь они убедились, что он мастер своего дела. Он был горд собой, и ему наплевать, получит он эту работу или нет.

«Мерседес» вдруг дал два длинных гудка. Фуад торопливо уселся на свое место.

— Они требуют тебя, — сказал он. — Это сигнал. Один гудок — «нет», два — «да». Тебе повезло, Келлер. Я тебе всегда говорил, Фуад принесет тебе счастье!

— Не жди, что я брошусь целовать тебе ноги, — огрызнулся Келлер. — Ты свое тоже получишь. Ты должен узнать, какие деньги мне дают и кто будет целью. Шагай и скажи тем, сидящим в машине, что я хочу знать все сейчас и дам ответ таким же манером. Один гудок — «нет», два — «да».

Фуад вылез из машины. Шофер «мерседеса» завел мотор. Келлер наблюдал за происходящим в зеркало. Он видел, как Фуад подошел к шоферу и тот что-то сказал через перегородку. Когда Фуад вернулся назад, у него от возбуждения глаза вылезали из орбит.

— Пятьдесят тысяч долларов! — Он едва выговорил эти слова. — Американских долларов! И паспорт на любое имя. Но пока тебе больше ничего не скажут. Хочешь соглашайся, хочешь нет. Пятьдесят тысяч американских долларов — о Аллах! — Он вытер лоснившееся от пота лицо ярким шелковым платком.

— Скажи им, мне надо два паспорта.

Келлер закурил. Он тоже весь вспотел, но старался сохранять спокойствие перед ливанцем. В горле у него пересохло, и руки дрожали. Пятьдесят тысяч!

— Два паспорта, — повторил он. — Один на меня, другой на Соуху. И десять тысяч перевести на ее счет. Иди передай им! Давай шагай, ты, сукин сын! Ты что, хочешь, чтобы пошел я?

Фуад ушел. Келлер расстегнул воротник, по шее тек пот.