Оставшись одна, Мэгги сбросила салатовые замшевые туфли на высоком каблуке и, заметив за стеклянной дверцей бара-холодильника недопитую бутылку шампанского, налила себе бокал, осушила и налила еще.

Потом залезла с ногами на мягкий диван. Ладно, черт с ней, с Клодией Альбиони, наплевать и забыть! Но все же роль Джудит Кейн написана точно для нее, Мэгги Кендал. Никто лучше ее не влезает в шкуру таких ощетинившихся всеми иголками стервочек, которых жизненные обстоятельства припирают к стенке. Ну что с того, что она переиграла их десятки? Разве не этого ждет от нее публика?

Тут бесстрастный внутренний голос напомнил ей о двух последних провалах. Да, две последние роли никак не назовешь творческой удачей. Если уж начистоту, это был оглушительный провал. И его отголоски, безусловно, долетели до ушей Калли Бахмана. Он просчитывает кассовые прибыли до последнего пенни, и сколько ни вешай ему лапшу на уши, никуда не денешься: «Высокая ставка» и «Газетная колонка» не окупили расходов. А в шоу-бизнесе, где тебя оценивают с точки зрения твоего последнего успеха или провала, это катастрофа.

Но провалы случаются и у других знаменитостей! И Джек Николсон сел в лужу с фильмом «Два Джейка», и Уоррен Битти с «Иштар», да и с «Диком Трейси», не говоря уж о «Красных». Да что там – у Сталлоне, кроме фильмов о Рокки или Рэмбо, почти сплошь неудачи! А у меня – впервые за целых двадцать три года два некассовых фильма. Ничего страшного, попыталась убедить себя Мэгги, что было, то прошло, надо забыть о неудаче и все начать сначала.

Но внутренний голос не унимался. Неудач-то не две, а три, напомнил он. Если Джудит Кейн уплывет к Клодии Альбиони, поднимется волна слухов и сплетен. Найдутся жалельщики: «Бедняжка Мэгги, как ей не везет – два провала подряд – и на тебе, опять ее подшибли. Неужели она сойдет с круга? Что ж, двадцать три года в суперзвездах – не так ух плохо. Теперь можно перейти на роли второго плана. Если, конечно, она не промахнется с выбором амплуа. И решится играть девчушек старше, чем она привыкла…»